Top

Спас Нерукотворный

Доподлинно неизвестно, как Он выглядел в своей земной жизни.
Двадцать семь канонических и свыше полусотни апокрифических книг Нового Завета не дают нам даже намека на Его внешний вид. Молчат Марк и Лука, Иоанн и Матфей. А те описания Его облика, что оставили нам историки, философы и богословы более поздних эпох, звучат настолько противоречиво, что кажется иногда, будто они говорили о разных людях. Пытаясь же примирИть эти несхожие образы, да еще и примЕрить их к собственному представлению о Нем, приходишь вдруг к странному выводу, что, может быть, прав был епископ Лионский, виднейший после апостола Павла деятель и создатель христианской церкви, когда говорил «Телесный вид лица Иисуса Христа нам неизвестен…»

СПАС НЕРУКОТВОРНЫЙ

Самое первое подробное — и что очень важно — прижизненное описание внешнего вида Иисуса Христа оставил нам проконсул Палестины Публий Лентула в своем письме Римскому Цезарю Тиберию.

«Этот человек многосторонне одарен. Имя его – Йешуа гаМашиах. У него прекрасное и благородное лицо, гармоничное строение тела. Его волосы – цвета спелого ореха, прямые, но ниже ушей в завитках и блестящие. Лоб – прямой и чистый. От лица его исходит сила и спокойствие; оно румяное и без единого изъяна. Линии носа и рта – безупречны. У него густая борода такого же цвета, как и волос на голове. У него голубые и лучезарные глаза. Он выского роста. У него красивые, прямые руки. Во время беседы – серьезен и неболтлив. Своей врожденной красотой он превосходит всех известных мне красавцев».

Только вот большинство историков считают это письмо подделкой, потому что в анналах римской истории проконсул Публий Лентула не значится. Есть и еще одно доказательство того, что Публий Лентула со своим описаним Спасителя возник никак не раньше восьмого века, а то и позже – все более ранние изображения Христа не соответствуют образу, выписанному проконсулом.

Самые первые рисованные образы Иисуса Христа, которые сохранила для нас история, изображали Спасителя похожим, скорее, на типичного римлянина, чем на иудея или хотя бы грека. Пристойная одежда римского гражданина, коротко стриженые волосы, начисто выбритое лицо.

А в первых письменных свидетельствах о внешнем виде Спасителя Иисус Христос изображался человеком невзрачным, если не сказать неприятным.

«Люди рассказывают, — писал в 180 году философ-неоплатоник Цельс в своем «Правдивом слове», — что Иисус был плюгавеньким человечком маленького роста. Он имел столь некрасивое лицо, что оно вызывало у всех отвращение».

Чуть позже, в начале третьего века, христианский теолог и писатель Квинт Септимий Флоренс Тертуллиан, описывал Спасителя в менее резких выражениях, но, по сути, вторя Цельсу «Внешний вид Иисуса Христа был лишен какой бы то ни было красоты и привлекательности».

Доподлинно неизвестно, чем руководствовались Цельс и Тертуллиан так описывая Спасителя то ли использовали свидетельства очевидцев, то ли это было чисто богословское творчество с его установкой на то, что внешний вид не имеет отношения к внутреннему содержанию. Проще говоря, и в безобразном теле может жить прекрасная душа.

Прошло еще, по меньшей мере, полтора столетия, прежде чем христианский мир выступил против представлений о безобразном виде Иисуса Христа. И первым, кто заговорил об этом публично, был антиохийский пресвитер, ассириец по национальности Иоанн Златоуст, ставший впоследствии Константинопольским архиепископом. Будучи от природы художественно одаренным человеком утонченного вкуса и гениальным оратором, Златоуст неоднократно восклицал в своих проповедях «Иисус был прекрасен!»

Есть и еще одно описание Иисуса, созвучное рассказу о Христе вымышленного проконсула Лентулы. Его оставил нам Иоанн Дамаскин, живший в восьмом веке Единственное разночтение здесь – цвет бороды Спасителя. «Христос был величественного сложения, с прекрасными глазами, большим носом и вьющимися волосами; несколько сутулый; у него была черная борода и бледный цвет лица, как у его матери, и он был в расцвете сил».

Так каким же на самом деле был Иисус Христос? Существует ли хотя бы одно правдоподобное его описание, хотя бы один прижизненный портрет?

Существует.

Точнее, существовал…

Первый век нашей эры. Эдесса, что в Месопотамии, близ Евфрата.

Царь Эдессы Авгарь пятый Уккама бар Ману был болен страшной неизлечимой болезнью – проказой. Придворные врачи потеряли всякую надежду облегчить его муки. Спасти царя могло только чудо.
И тогда Авгарь пятый Уккама отправил своих послов в Палестину с письмом к Иисусу Христу.

«Авгарь Уккама – Иисусу, исцелителю благому, объявившемуся в пределах Иерусалимских. Мир господину моему! Я слышал о тебе и о твоей исцеляющей силе, что не лекарствами и травами излечиваешь ты, но словом твоим глаза слепых отверзаешь ты, хромых ходячими делаешь ты, прокаженных очищаешь ты, глухих слышащими делаешь ты. Также мертвых воскресаешь ты. И когда услышал я о тех великих чудесах, которые совершаешь ты, подумал я, что ты или Бог, который сошел с небес и совершил такое, или ты Сын Бога, творящий все это. Поэтому я написал тебе, умоляя, чтобы ты пришел ко мне, к тому, который кланяется тебе, и болезнь некую, имеющуюся у меня, исцелил так, как я уверовал в тебя…»

Вместе с послами Авгарь отправил к Иисусу своего секретаря и придворного живописца Ханнана, поручив ему непременно изобразить на полотне святейший лик Спасителя и привезти это изображение в Эдессу.

Послы Авгаря пятого нашли Иисуса Христа в Галилее, при озере Геннисаретском, проповедующим великому множеству народа. И вручили ему письмо своего царя.

Иисус милостиво принял послов, прочел письмо Авгаря и написал ему ответ.

«Блажен ты, Авгарь, уверовавший в меня, хотя ты сам меня и не видел. Писано бо есть обо мне, что видящие меня не уверуют в меня, а не видящие уверуют и оживут. Что же касается до желания твоего, чтобы я посетил тебя, я этого теперь не сделаю, потому что мне принадлежит совершить здесь все то, за чем я ниспослан на землю, а по окончании я должен вознестись к тому, кто послал меня. По вознесении же моему я пошлю к тебе одного из учеников моих, который излечит окончательно болезнь твою и даст жизнь тебе и ближним твоим».

Между тем, получив ответное письмо, послы Авгаря не отправились немедленно в обратный путь. А причиной этой задержки был художник Ханнан, который никак не мог передать на полотно черты лица Спасителя.
Тогда Иисус Христос приказал подать ему воды, умылся, взял сложенное вчетверо полотенце, отер им лицо, и на этом льняном полотне вдруг чудом начертался образ Спасителя…

С глубочайшим благоговением, смирением и верою принял царь Авгарь пятый от своих послов Нерукотворный образ и письмо Спасителя. И тотчас почувствовал в себе какое-то непостижимое обновление, крепость и силу. Мучения его прекратились, ему сделалось необыкновенно светло и отрадно…

Легенда о Нерукотворном Образе впервые встречается в «Церковной Истории» Евагрия Схоластика – историографа 6 века. Рассказывая об осаде Эдессы в 545 году персидской армией, Евагрий вспоминает и древнюю легенду о переписке царя Авгаря с Христом, и историю появления Убруса.

Но почему же на протяжении пятисот лет о святой реликвии такого масштаба ничего и никому не было известно? Может быть, это всего лишь красивая сказка? Может быть, и остальная история с перепиской Авгаря и Христа — тоже выдумка?

Нет. Переписка не выдумка. Существует достаточно большое количество подлинных документов, подтверждающих факт переписки ассирийского царя Авгаря пятого со Спасителем. Два источника заслуживают особого доверия. Это «Церковные Истории» Евсевия Кессарийского и раннесирийский литературный памятник «Учение Аддая».

Впрочем, если верить «Учению Аддая», Иисус только продиктовал свое письмо Ханнану-архивисту, секретарю Авгаря. А вот Евсевий Кессарийский в своей «Церковной истории» уверяет, что Иисус написал это письмо собственноручно.

Рассказ об Авгаре в «Истории» Евсевия является хронологически первым из всех сохранившихся до настоящего времени вариантов легенды. Евсевий писал свою историю на греческом языке. Сирийский перевод этой книги, так же как и «Учения Аддая», хранится в Москве, в фондах Российской национальной библиотеки.

Комментарий — Ольга Васильева, заведующая сектором восточных фондов отдела рукописей российской национальной библиотеки: «Мы с вами находимся в отделе рукописей российской национальной библиотеки. Этому отделу 200 лет исполнилось. Здесь накоплены 450 тысяч единиц хранения. Это памятники письменности разных времен и народов, это архивы, автографы известных деятелей. Самая старая рукопись, хранящаяся здесь – это египетский папирус, но он не имеет точной даты, а самая старая датированная рукопись – это сирийский перевод церковной истории Евсевия Кессарийского, 462 год нашей эры от рождества Христова. Интересна судьба этой книги. Вообще рукописи, как и книги, как и люди, имеют свою судьбу. Иногда мы знаем дату их рождения, место рождения, и знаем, как они к нам попали. Редчайший случай, когда можно проследить всю судьбу книги. Чаще это мерцание. И именной так с этой рукописью и произошло. Считается, что она была переписана в Эдессе. Также как и три другие сирийские рукописи 5 и 6 веков хранящиеся у нас она была привезена в Египет и подарена в монастырь Дарья-Сурьян в Нитрийской пустыне. Сейчас там 4 монастыря и все они принадлежат коптам, но один монастырь по традиции считается сирийским. Произошло это в 10 век»..

О том, что рассказ об Авгаре взят из письменного сирийского источника, рассказывал сам Евсевий. При этом он трижды утверждал, что документ находился в архивах Эдессы, три раза подчеркивал, что легенда была переведена с сирийского языка, и два раза отметил, что перевод был сделан слово в слово.

Интересна история появления рукописи Евсевия Кессарийского в России.

Комментарий — Ольга Васильева, заведующая сектором восточных фондов отдела рукописей российской национальной библиотеки: «В 1844 году этот монастырь посетил немецкий ученый Константин Тишендорф. Он посетил библиотеку и хранилище ветхих рукописей, вышедших из употребления. Ему кое-что удалось приобрести. Но не все. Он проинформировал мировую общественность. И нашлись энтузиасты, желающие получить эти документы.
Получив эту информацию, что в этом монастыре хранятся древние сирийские рукописи, хранители британского музея очень заинтересовались и думали, как бы организовать эту поездку. В это время к ним на помощь пришел авантюрист Август Пашо. Считается, что он ливантиец, то есть выходец из Ливана. Но конкретней говорят, что он грек из Александрии.
Он приехал в этот монастырь и договорился с монахами, там уже копты были. Причем, как кажется, он им ничего не заплатил. И вывез оттуда несколько сотен рукописей, и повез их в Британский музей. И каково же было удивление этих хранителей, когда они узнали, что 4 рукописи до них не доехали. И оказались они в императорской публичной библиотеке в Петербурге, то есть здесь. О чем публичная библиотека печатно свидетельствует о том, что в 1852 году у сардинского подданного Августа Пашо были куплены 4 древнейшие сирийские рукописи за 2500 тысячи рублей».

Впрочем, один из вариантов «Церковной Истории» Евсевия Кессарийского попал таки в Британский музей. Он несколько моложе того, что хранится в Москве. Тем не менее, ни в одной, ни в другой рукописи нет ни слова о Нерукотворном спасе!

И «Учение Аддая», известное нам по сирийской рукописи 5 века, также не упоминает про святой Убрус, хотя про Авгаря, его неизлечимую болезнь, его переписку с Христом рассказывает достаточно подробно.

Комментарий – Михаил Садо, историк: «Из учения апостола Аддая «В году 343, в царствование, по летоисчислению греков, и в царствование господина нашего Тиберия Цезаря Римского, и в царствование Авгаря царя сына царя Ману, в месяц октябрь, в день 12 послал Авгарь своих князей Марьяма и секретаря своего Ханнана Табулару в город Элевтерополис который по арамейски называтеся Бед…»

В версии «Легенды об Авгаре», включенной в «Учение Аддая» придворный художник и секретарь Эдесского Топарха Ханнан Табулар – или Анания, как называли его греки, — сам «нарисовал образ Иисуса лучшими красками и принес его с собой Авгарю-царю, господину своему. Когда увидел Авгарь-царь образ этот, принял его с великой радостью и поместил с великой почестью в одном из покоев дворца своего».

Комментарий – Михаил Садо, историк Я все таки придерживаюсь легенды, что Спаситель вот дал Ханнану Табулару, которые по рассказу легенде об Авгаре на сирийском. Ханаан Табулар, посланный этим Авгарем лично засвидетельствовать деяния Спасителя, пытался нарисовать его лик, он не получался, и тогда Спаситель увидел, что у него не получается, взял и приложил его к лицу и отдал ему. И он ему привез, Авгарю, его замечательное письмо и письмо спасителя к нему».

Загадочная история! Тексты писем Авгаря и Христа, цитируемые во многих древних документах, в том числе в «Истории» Евсевия и в «Учении Аддая» почти идентичны. И у нас нет оснований не верить в их подлинность. А Нерукотворный Образ Спасителя, выходит, более поздняя выдумка? Дополнение к легенде?

Комментарий Ирина Шалина, старший научный сотрудник отдела древнерусского искусства Русского музея: «А что мы вообще знаем об этой древней реликвии с того времени, когда она по преданию, по источникам появляется. Удивительно, что в отличие от знаменитой реликвии письма Христа, которое было послано властителю года Эдессы, той самой реликвии, которая спасла этого человека от страшной болезни, мы об образе Христа, который был послан точно также с этим письмом со слугой этого Авгаря, мы почти ничего не знаем вплоть до 6 века. И единственный надежный источник относится к концу этого столетия. Это церковная история Евагрия Схоластика, который впервые упоминает не только образ Спаса на Убрусе, но и рассказывает нам некоторые подробности, как он появился в Эдессе. Сложно сейчас сказать, когда действительно эта реликвия появилась. Насколько предание соотносилось с тем образом, который там существовал. В науке существует мнение, что был там некий живописный портрет Христа, который послужил основой этого предания и основой того, что это изображение стали считать нерукотворной. Ну, даже кажется, что не это важно и не стоит додумывать историю, поскольку мы все равно никогда не додумаем так, как она была на самом деле.
Давайте подумаем о том, что мы действительно знаем об этом.
Получив эту реликвию, он велел наклеить ее на негниющую доску. Можно представить себе, что ткань была наклеена на некую доску и таким образом была выставлена для демонстрирования и поклонения.
001740 — По разным источникам эта реликвия хранилась в разных местах. Так мы знаем, что Авгарь повелел не только наклеить Убрус на доску, но и закрыть его золотым драгоценным ковчегом».

Для того, чтобы разгадать загадку пятисотлетнего молчания об Убрусе, вернемся в Эдессу первого века нашей эры.
История самой Эдессы, как писал Лион Фейхтвангер, скрыта в седой древности. Говорят, что основал этот город – тогда он назывался Орхай — ассирийский царь Нимрод. Во времена Селевкидов Орхай был переименован в Эдессу Селевкием Никагором. Сначала Эдесса был столицей провинции Осроэна, затем в 132 году до нашей эры стала столицей Эдесского царства. В это время Ассирия уже находилась под властью Римской Империи, и уже была разделена на две части: западная часть стала называться Сирия, а восточная сохранила название древней империи – Ассирия.

Здесь, наверное, требуется еще одно небольшое пояснение, которое поможет нам в дальнейшем избежать географической путаницы, возникшей на сугубо лингвистической основе.

Греческое слово «Сирия» первоначально являлось простым фонетическим вариантом слова «Ассирия». Впрочем, опускание первого слога было нормой и в арамейском языке. Для самих ассирийцев и для греков названия «Сирия» и «Ассирия» — были тождественны. И только во времена Рима эти две формы приобрели индивидуальные значения. Это различие существует и сегодня. Более того, оно усилилось. Ведь изначально население и Сирии, и Ассирии говорило на одном языке — арамейском, а для письма использовало ассирийский алфавит. В современной Сирии говорят и пишут на арабском. А язык современных ассирийцев называется сирийским. Правда, современный сирийский значительно отличается от классического сирийского языка, прямого потомка арамейского. Однако, и классический сирийский не прекратил своего существования. В настоящее время – это церковный язык монофизитской и несторианской церквей Ближнего Востока.

Но вернемся в Ассирию двухтысячелетней давности.
В первом веке нашей эры Эдессой правил ассирийский царь Авгарь пятый бар Ману Уккама – черный.

У Авгаря пятого было два дворца зимний и летний. Зимний дворец был построен на возвышении, для защиты от наводнений. А летний дворец располагался возле двух источников, которые снабжали царские пруды водой. В этих прудах испокон веку водилась рыба. Она считалась священной еще в языческие времена. Эта рыба пережила Ассиро-Вавилонскую империю, пережила греков и римлян. И до сих пор плавает в прудах возле развалин дворцового комплекса в современном турецком городе Урфа, бывшей Эдессе.

Вход в зимний дворец Авгаря вел через огромные западные ворота. С того самого времени, как Ханнан Табулар прошел через эти ворота с письмом Иисуса и его Нерукотворным Образом на Убрусе, эти ворота стали называться святыми.

После своего чудесного исцеления, как гласит легенда, Авгарь уверовал в Христа и его миссию и повелел построить в Эдессе первую христианскую церковь. В ней потом проповедовал Апостол Фаддей, посланный Христом к Авгарю. Левий Фаддей – или Аддай, как называли его на сирийский манер – окончательно излечил Авгаря от проказы.

Авгарь построил церковь на месте древнего языческого храма, над одним из источников, и называлась она Церковью Господа Нашего Спасителя Иисуса Христа.
Вот так и возникло в Эдессе, в первом веке нашей эры первое в мире христианское государство.

Комментарий – Михаил Садо, историк: «Сирийцы сыграли важную роль в становлении христианства. Они первыми приняли христианство, потому что язык Христа был им понятен. Христос говорил на том же арамейском языке. Спаситель благовествовал на арамейском языке».

И молитвы в то время в первых христианских церквях тоже звучали на арамейском.

Сын царя Авгаря пятого продолжал покровительствовать христианству, хотя и слабее, чем его отец. А вот внук Авгаря Уккамы был закоренелым идолопоклонником. И, естественно, что большая часть его подданных вернулась к язычеству.

Чтобы сохранить Святой Образ от поругания или уничтожения, Епископ Эдесский приказал спрятать его.

Комментарий Ирина Шалина, старший научный сотрудник отдела древнерусского искусства Русского музея: «Говорят, что внук Авгаря отошел от христианства и велел уничтожить эту реликвию. И тогда христиане решили спрятать ее и замуровали ее над вратами над входом в Эдессу, в некую нишу. Причем, в текстах подчеркивается, что саму эту реликвию закрыли некой черепицей, то есть предохранили ее от непогоды, и перед этой реликвией поставили неугасимую свечу.
Таким образом, эта святыня хранилась замурованной. И, в конце концов, о ней попросту забыли.
И вот, только в шестом веке, когда персидский шах Хозрой подошел к Эдессе, и началось военное нападение, некоему Евлалию, иерарху этого города явилась жена, как указывается в тексте «жена прекрасная вооруженная» и сказала, что спасение города находится над его вратами. И вот тогда эта ниша была открыта, и — о чудо! — был найден Святой Убрус, совершенно не потревоженный временем и свеча неугасимая. Но самое важное то, что на черепице, которая прикрывала Убрус отпечаталось то самое изображение, которое несла на себе белая льняная ткань.

По легенде Епископ Евлалий взял в руки Святой Образ и с молитвами обнес город. И тогда огонь, зажженный персами вокруг стен Эдессы, обратился против них самих. Персидский царь Хозрой, пораженный этим чудом, немедленно снял осаду и отступил от Эдессы. Это было в 545 году нашей эры.

С этого времени Спас Нерукотворный еще не раз помогал жителям Эдессы.
4 апреля 622 года Император Ираклий, выступая на войну против персов, собственноручно поднял перед войском Нерукотворный Образ Спасителя и произнес клятву сражаться с врагами до смерти, между собой же жить в любви и согласии.

В 639 году Эдессу захватили арабы. Однако они позволили жителям города свободно отправлять их веру. И не тронули ни одну из христианских церквей. Более того, к месту, где хранился Святой Образ, допускались для поклонения не только граждане Эдессы, но и пилигримы, паломники из других стран.

Комментарий Ирина Шалина, старший научный сотрудник отдела древнерусского искусства Русского музея: «Как хранился Святой Убрус в Эдессе на протяжении 7, 8, 9 веков нам почти ничего не известно, источники, к сожалению, молчат, но мы довольно много знаем об Убрусе начиная со второй половины 10 века, а именно после 944 года. Для этой реликвии 944 год был самый выдающийся. В это время византийские императоры, которые вообще стремились собрать в Константинополе все самые священные предметы драгоценные реликвии, святыни, наконец, им удалось договориться и о получении Мандилиона».

Императоры Константин Порфирородный и его тесть Роман I Лакапин много раз обращались к градоначальнику Эдессы Амиру с просьбой продать им Святой Образ и послание Христа Авгарю за двадцать тысяч серебреников и двести пленных сарацинов. Наконец, в 944 году Амир согласился принять условия Константина, но вместе с тем потребовал, чтобы Император обязался золотой грамотой никогда не нападать на города Рогу, Харрес, Саротцу и Самосат.

Эдесские христиане не хотели отдавать бесценную святыню, которая хранила и спасала их город от завоевателей, но Амир заставил их уступить. Кого-то силою, кого-то страхом смерти.

И вот так 15 августа Святой Образ и Послание Спасителя к Авгарю были перенесены из Эдессы в Константинополь.

Сначала святые реликвии были размещены во Влахернском храме святой Софии, а затем с большим торжеством перенесены в Фаросскую церковь Пресвятой Богородицы.

 

Сохранилось подробное описание торжества перенесения Святого Нерукотворного Образа из Эдессы в Константинополь.
Эта рукопись также хранится в фондах Российской национальной библиотеки.

Комментарий — Ольга Васильева, заведующая сектором восточных фондов отдела рукописей российской национальной библиотеки: «После перенесения святыни в Константинополь Святой Убрус видимо был подобно древнему ковчегу завета навсегда скрыт от глаз верующих в золотом ларце или в ковчеге. Об этом свидетельствует один очень важный источник, а именно рассказ латинского паломника 12 века который посетил город и оставил очень точное впечатление о том, что видел здесь. Он в частности пишет «Драгоценный плат, отмеченный ликом Иисуса, почитается больше, нежели остальные святыни дворца, сохраняется с большим тщанием, так что всегда заключен в золотой ковчег. И тогда как все остальные святыни дворца в то или иное время бывают показаны верующим, этот плат, хранящий изображение Лика Спасителя не показывают и никому не открывают, даже самому Императору Константинопольскому».

К этому времени знаменитый седьмой Вселенский, он же второй Никейский, собор уже давно состоялся. И уже два столетия почитание икон было узаконено святой церковью. И уже были приняты строгие правила написания икон, а также канонизирован образ Иисуса Христа с неестественно удлиненным худощавым лицом и большими, открытыми, строгими, выразительными глазами. Но, не смотря на все эти каноны, трудно найти двух одинаковых Спасителей. И даже на так называемых чудотворных иконах, которые, по сути своей, должны были бы являться копиями Спаса Нерукотворного, мы видим разного Христа.

Комментарий Ирина Шалина, старший научный сотрудник отдела древнерусского искусства Русского музея: «Убрус, кстати, хранился в одном ковчеге или раке с тем самым знаменитым письмом Христа, которое тоже фигурирует в источниках, как одна из святынь полученная византийским императором. А сам ковчег неспроста назывался Новым ковчегом. Явная аллюзия, воспоминание о ковчеге завета Иерусалимского храма. Священное письмо, которое было доставлено в столицу, воспринималось, как та самая важная реликвия, которую мы знаем из истории Ветхого завета.
Самое важное – куда он был помещен. В императорскую небольшую церковь Богоматери Фаросской большого императорского дворца, где и нашла святыня место своего постоянного хранения. Это место было недоступно для лицезрения многих. Вот эта идея священного предмета, святыня, на которую не должны были взирать многие, которая была закрыта от большинства людей, от взглядов, она, безусловно, напоминает историю с ковчегом завета, который не видел никто и никогда. Вот видимо это и отразилось на иконографии, когда мы не можем найти двух одинаковых икон».

Какова же дальнейшая судьба Нерукотворного образа? Наверняка мы знаем только одно: до 1204 года он хранился в Константинополе.

Комментарий Ирина Шалина, старший научный сотрудник отдела древнерусского искусства Русского музея: «Нам хорошо известно, как хранилась святыня Убруса и Мандилиона в церкви Богоматери Фаросской в Константинополе, известно нам благодаря двум очень важным источникам. Один из источников – это описание 1200 года Николая Месарите человеком, который был ризничим или хранителем всех реликвий церкви богоматери Фаросской. А надо сказать, что эта церковь отличалась ото всех византийских храмов тем, что у нее был невероятный по своей обширности реликварий. Там хранилась все страстные реликвии, в том числе и Плащаница, копие, трость, терновый венец, гвозди, которые были найдены Еленой в Иерусалиме во время ее исследований реликвий в 326 году. Вот там-то среди этих святынь находился как величайшая святыня Убрус и святой Керамидион, который при перенесении убруса в Константинополь также был перенесен сюда в 968 году и тоже нашел место для своего хранения в Церкви Богоматери. Но есть и еще один источник, который еще более точно фиксирует и рассказывает нам то, как убрус хранился. Это описание 1204. Причем для нас очень важно, что это описание не просто византийца, привыкшего к этим святыням, а человека пришлого. Робер де Клари, крестоносец, который завоевывал город во время 4 крестового похода, и более того, историограф этого похода. Он оставил довольно большой текст с описанием Константинополя и всех святынь, который называется «Завоевание Константинополя», и в котором мы можем прочитать много подробностей о разных храмах. И в одном из своих глав он описывает церковь Богоматери Фаросской, где он прямо говорит, что обе святыни хранились в двух золотых ковчегах на золотых цепях в центре храма».

В 1204 году крестоносцы, взяв приступом Константинополь, похитили все христианские святыни, хранившиеся в церкви Богоматери Фаросской и во Влахернском храме.

Вот как писал об этом событии известный исследователь духовной литературы 19 века Славин: «До прибытия крестоносцев к стенам Константинополя, драгоценнейшее сокровище – Святой Образ – был сохраняем с особенною заботливостью и попечением, как и все священные предметы. Но крестоносцы, вместо того чтобы идти с флотом своим в Сирию и освободить святые места Палестины из-под ига агарян, взяли приступом в 1204 году этот город всего Христианства, разграбили его и пролили крови гораздо больше, чем самые турки. Удовлетворив таким образом своей злобе, расхитив и осквернив святилища, они разделили между собою добычу, часть которой отправили в Венецию, а другую во Францию. Другим нациям крестоносцы уступили самую малую часть из священных сокровищ Востока. Глава Святого Иоанна Предтечи, мощи Святого Апостола Андрея и другие священные предметы сделались достоянием Франции. Исключая однакоже главы святого апостола Андрея, находящейся в Риме, куда она перенесена властителем Мореи Фомою Палеологом, братом последнего императора Константина. Но самые важные из священных предметов отправлены были Дожем Дондоло, главным начальником этой экспедиции, в Венецию, где все эти предметы, кроме потонувших в море, сохранены и открыты для чествования и поклонения народного».

Не вполне ясно, сколько кораблей было отправлено дожем Дандолой в Венецию. Но, по меньшей мере, один из них потерпел кораблекрушение в Пропонтиде – Мраморном море. По одной из исторических версий именно на этом корабле везли чудный стол Святой Софии, знаменитый иконостас, сосуды и украшения Софийского Храма и – самое главное – Святой Убрус.

Комментарий – Михаил Садо, историк: «Говорят, что он был на Ближнем Востоке и попал в Европу уже после крестовых походов, его так сказать увели из какого-то сирийского храма на ближнем востоке, увели крестоносцы. Ну, можно предположить, что вряд ли такая святыня могла погибнуть. Мы же знаем, что рукописи хотя и горят, но они не горят».

По другой версии дожу Дандоло – начальнику экспедиции крестоносцев – удалось переправить Нерукотворный Образ в Венецию. Затем Эдесский Образ попал в Геную к дожу Леонардо Монтальдо и хранился там с 1360 по 1388 год в его семейно молельной палате.

8 июля 1388 года Святой Образ, согласно завещанию Монтальдо, торжественно перенесли в Церковь Святого Варфоломея Ардименто.

Завещание дожа Монтальдо хранится в Генузском архиве. Это подлинный документ, написанный и скрепленный печатью главного нотариуса Генуи Рафаэля сына Гуано.

«Непременное желание мое, грешного и недостойного Леонарда Монтальдо состоит в том, чтобы почтеннейшая братия монастыря Святого Варфоломея Мюльтадо уступили наследникам моим часовню Святой Девы Марии, что близ ризницы. Желаю и молю, чтобы в эту церковь был отдан Святой Нерукотворный образ Господа Нашего Иисуса Христа и в торжественные дни был поставлен для чествования и поклонения…»

Комментарий Ирина Шалина, старший научный сотрудник отдела древнерусского искусства Русского музея: «Одна из таких легенд или преданий, как возникло это изображение, повествует о том, что Спаситель, прежде чем приложить свой лик к плату, омочил свои волосы и лицо водой. Вот такое смоченные волосы как будто бы отражают те древние иконы, которые дошли до нас, а именно это два образа, один из которых хранится в Ватиканском Папском дворце в Риме и является собственностью Ватикана. А второй находится в Генуе. Первый трудно сказать, к какому времени он точно относится, поскольку исследования подтверждают его большую древность, это возможно даже 6 века. В то время как второй образ это произведение 10 века».

Известны разные копии Спаса Нерукотворного, списки, выполненные иконописцами и отпечатки, полученные от прикосновения к Священному Эдесскому подлиннику. Если верить легенде о том, что Образ погиб во время кораблекрушения, следовательно, все отпечатки с него могли быть получены только до начала тринадцатого века.
Один из таких чудотворных отпечатков по преданию хранился в Грузии.

«В пустынной обители Преподобного Антония Марткопского, отстоящей в 20 верстах от Тифлиса, долгое время находилась древнейшая Святая Нерукотворная Икона Спасителя, принесенная этим отшельником из Ассирии. Преподобный Антоний Марткопский был одним из тринадцати Ассирийских Отцов, память его до сих пор в большом уважении у Грузинского народа в благодарность за принесение им в Грузию Святого Нерукотворного Образа, чудно отпечатавшегося от прикосновения к Священному подлиннику Эдесскому».

Комментарий Ирина Шалина, старший научный сотрудник отдела древнерусского искусства Русского музея: «Что случилось с Мандилионом после 1204 года, мы не знаем, источники ни разу нам не рассказывают о его судьбе. Но зато именно после этого года количество икон с изображением Спаса Нерукотворного невероятно возрастает. Больше всего их сохранилось на Руси. Начиная с 14 века здесь образовалась целая иконографическая традиция изображения Спаса, причем каждое столетие оставляет нам все новые и новые подробности. Так икона 12 века, Богородская икона, которая сейчас хранится в Третьяковской галерее, показывает нам изображение Святого Убруса, скрытого золотым ковчегом. Напротив все иконы 14 века показывают нам изображение убруса на ткани.
Трудно предположить, чтобы в России не было сохранено отпечатка с Нерукотворного Эдесского Образа. Нельзя также думать, что Императоры и Патриархи Константинопольские препятствовали составлять списки с истинного изображения Христа Спасителя. Даже весьма вероятно, что первые Митрополиты Киевские пред отправлением своей должности взяли с собой в Россию списки с Эдесского Образа. Есть они и в Новгороде, и в Киеве, и в Москве».

Исследователь духовной литературы Славин так описывал Нерукотворный Образ, находящийся в Новгородском Софийском Соборе: «В бытность мою в Новгороде в 1858 году я имел счастие сам видеть и поклоняться Нерукотворному Образу Спасителя в Софийском Соборе. Эта Святая икона в Новгороде слывет Корсунскою и по преданиям прислана в Новгород в числе других икон из Корсуня Святым Князем Владимиром».

Вполне вероятно, что Корсунская икона – это настоящий список с подлинного Эдесского Образа.

Некоторые западные церковные историки полагают, что настоящий Эдесский Нерукотворный Образ не погиб во время кораблекрушения, а благополучно достиг Италии. И в настоящий момент находится в Риме, в церкви Святого Сильвестра, в главе купола.

А каноник церкви Шато-сюр-Алье посвятил целую книгу доказательствам того, что истинный Нерукотворный Образ Христа находится в Церкви Святого Петра в Риме.

И известный русский ученый Норов уверял, что видел истинный Спас Нерукотворный в Назарете, во время своего путешествия по святым местам «В небольшом Католическом приделе, построенном на одном из самых высоких мест Назарета, обращает особое внимание надпрестольный образ, изображающий в естественном размере Нерукотворный Лик Спасителя. Ни один из виденных мною подобных образов не поражал меня так своею выразительностью. На нем следующая латинская надпись «Образ Спасителя Нерукотворный, Святейшего Господа нашего Иисуса Христа, Царю Авгарю».

Насколько велика вероятность того, что Образ, подаренный Христом ассирийскому царю Авгарю, попал из Константинополя не в Европу, а в Назарет? Неизвестно. Одно из Назаретских преданий гласит, что этот Образ – самый первый отпечаток с Эдесского Убруса.

Но самый первый отпечаток, как мы помним, был на черепице, которым Епископ Эдесский прикрыл Образ. А Назаретский Нерукотворный Лик – отпечаток на ткани. Значит, это не тот самый Керамидион, который хранился в Константинополе вместе с Мандилионом.

И где же все-таки подлинник?
Может быть, он лежит на дне Мраморного моря…

А может быть, это и хорошо, хотя и звучит, на первый взгляд, кощунственно.
Ведь если бы подлинный Убрус сохранился, многие нечистоплотные дельцы не устояли бы перед искушением и начали бы фабриковать подделки. Как это происходило раньше и происходит нынче. Так что утрата подлинного Убруса, вероятно, спасла многие поколения верующих от поклонения фальшивкам.

Ни для кого не секрет, что более 60% святых реликвий, хранящихся в церквях, соборах и монастырях мира – фальсификаты.

По мнению митрополита Истинной православной церкви Максима, высказанного приватно, если сложить все персты и длани святого Пророка Иоанна Предтечи, пребывающие в мире, то получится многорукое индуистское божество.

Поклоняться разного рода материализованным святыням христиане начали с конца четвертого века. Впрочем, тогда – до Никейского собора — это было полулегально. Но именно с этого времени началась фальсификация евангельских реликвий. Если говорить языком современной экономики: в условиях постоянно повышающегося спроса наметился и рост предложений.

Особое место среди обретенных священных реликвий занимает Плащаница. То есть погребальный Синдон Иисуса Христа. Уже к пятнадцатому столетию в христианском мире было зафиксировано 40 Плащаниц. Сейчас осталось только 26.

Подлинной считается Туринская Плащаница. Но на этот счет нет единого мнения ни среди верующих христиан, ни среди ученых. Попытки доказать или опровергнуть подлинность Плащаницы предпринимались неоднократно на протяжении последних ста лет.
Первое научное исследование погребального Синдона Христа было проведено в 1889 году профессиональным итальянским фотографом и благочестивым христианином Секондо Пиа. Он обнаружил, что изображение, запечатленное на Плащанице, является по сути своей фотографическим негативом. И позитивное изображение Иисуса Христа можно получить достаточно простым путем – перенеся негатив на фотопластинку и затем проявив ее.
В 1969 году к Туринской Плащанице были впервые допущены ученые. Впоследствии в семьдесят третьем и семьдесят восьмом годах были проведены физические и химические исследования ткани для выяснения природы изображения, определения происхождения пятен крови и объяснения механизма возникновения образа на ткани.
Тогда же, в 1978 году, в Америке был создан Центр по изучению Туринской Плащаницы. Возглавил его физик доктор Джексон.

В 1988 году по разрешению Ватикана был проведен радиоуглеродный анализ ткани, чтобы выяснить ее возраст. Но и это исследование не прояснило ситуацию. На основании полученных данных ученые называли самые разные даты: тринадцатый век, одиннадцатый.

К слову говоря, одно из экспериментальных исследований Плащаницы по заказу доктора Джексона было проведено в 1993 году в Московской Лаборатории биополимеров.

Это исследование не ставило перед собой целью определить подлинность Плащаницы. Его целью было опровергнуть результаты радиоуглеродного анализа, который проводили независимые лаборатории Америки, Германии и Англии.

Метод радиоуглеродного датирования основан на определении количества радиоактивного изотопа углерода С-14. Чем его меньше, тем образец старше.

Российские ученые из лаборатории биополимеров имени Седова Дмитрий Кузнецов и Андрей Иванов доказали, что льняная ткань при сильном нагревании в дыму впитывает в себя «лишний» углерод, который словно бы омолаживает ее.

Дмитрий Кузнецов: «Углерод мог быть добавлен пожаром, который пережила плащаница в 1532 году, пребывая в то время в монастырском храме французского города Шамбери. И едва не сгорела».

Российские ученые провели модельные эксперименты, в которых участвовали специалисты Высшей инженерно-технической школы в Москве и их коллеги из Франции. Они помогли в точности воспроизвести условия пожара в Шамбери. А музеи этнографии Италии и Узбекистана предоставили образцы древних льняных тканей возрастом от тысячи до двух тысяч лет. Под действием модельных пожаров в них увеличивалось содержание изотопов углерода. И тем больше, чем старее была ткань.

Исследователи с учетом поправки пересчитали результаты датирования. Возраст Туринской плащаницы оказался близким к двум тысячам лет.

Комментарий – Михаил Садо, историк: «Многие как раз сказали, что это подлинная, ну, во всяком случае, исследование лика и того, как он был поранен… Подделку эту, если это 13 века, нужно хорошо знать и представить и расставить все эти фуфловые знаки… Сколько нужно знать, чтобы сделать эту подделку».

Одно время существовало мнение, что Убрус и Плащаница – один и тот же предмет. Вполне возможно, это заблуждение возникло из-за того, что у Эдесского Мандилиона было и другое греческое название – тетрадиплон, то есть, «сложенный четыре раза». Именно так, сложенной вчетверо, хранилась Туринская Плащаница после пожара 1532 года. И на верхней лицевой ее стороне был виден только Лик Спасителя. А поскольку размеры изображения лица на Убрусе и на Плащанице идентичны и соответствуют реальным размерам человеческого лица, вполне вероятно, что многие отождествляли Плат с Синдоном.
Вторая более вероятная причина кроется в том, что пути Святого Убруса и Погребального Синдона неоднократно пересекались на протяжении последних полутора тысяч лет. И упоминания об этих священных реликвиях в различных документах прошлого удивительным образом совпадают по датам, равно как и по географии местонахождения этих раритетов в той или иной момент истории.

Комментарий Ирина Шалина, старший научный сотрудник отдела древнерусского искусства Русского музея: «Важно, что оба источника, которые упоминают нам о хранениии Мандилиона в Церкви Богоматери Фаросской, одновременно на тех же страницах рассказывают о том, что в этой церкви хранилась и другая страстная реликвия, а именно смертный Синдон Христа, а именно знаменитая его Плащаница. И это обстоятельство и очень большая точность исторических этих источников отнюдь не позволяют соединять эти две реликвии в единое целое. Та точка зрения, которая существует в науке о том, что эта реликвия в какой-то момент стала восприниматься как Плащаница, когда Святой Убрус развернули и выяснили, что это большая длинная ткань, на которой нерукотворно отразился не только лик, но и все тело, не позволяет, не поддерживается теми источниками, которые дает нам византийская историография. А именно документами 1200 года и тем же самым описанием Константинополя Робером де Клари, которого я упоминала, который очень точно, буквально с подробностями на которые возможен только глаз военного человека, очень точно описывает не только золотые ковчеги на цепях, на которых хранится убрус и керамидион, но в этом же тексте чуть ниже, описывая знаменитую церковь Богоматери во Влахерне – совершенно другой комплекс, также принадлежавший императорской семье, он описывает свое пребывание там в пятницу, рассказывает нам, что каждую пятницу в церкви Богоматери Влахернской демонстрируют смертный Синдон Христа, причем демонстрируют так, что отчетливо виден лик господа и это очень важное уточнение позволяет не только думать о том, что Синдон также как и Убрус нес на себе нерукотворное изображение Спасителя, уже мертвого Спасителя в отличие от мандилиона, который нес изображение живого Христа, но и вновь подчеркивает, что это были не только две разные реликвии, но и по-разному они демонстрировались».
История Плащаницы Христа – тема отдельного большого исследования. О ней не расскажешь в двух словах. Но есть один аспект, скажем так, научного плана, который мы не можем обойти молчанием. Это проблема из области не духовного, а материального мира: каким образом или каким способом можно получить отпечаток человеческого лица и тела на ткани. И возможно ли это в принципе. Нет, не с учетом современных технологий, а исходя из реалий двухтысячелетней давности.

Невероятно, но факт. На основе проведенных модельных опытов ученые доказали, что обезвоженное на солнце тело и сухое место погребения при даже очень небольшом количестве специфических веществ, используемых для бальзамирования, могли дать четкий масляный отпечаток на полотне. А если поверить Евангелию от Иоанна, количество этого вещества было очень даже значительным «литр около ста».
Таким образом, отпечаток мертвого тела Христа на погребальных пеленах сомневающиеся и скептики могут рассматривать не как чудо, а как результат дегидратации (то есть, обезвоживания) целлюлозы, входящей в состав льняных волокон ткани.

Что же касается отпечатка Образа Спасителя на Убрусе, то здесь современная наука пока еще не может найти достоверного объяснения.
Впрочем, это чудо вряд ли нуждается в оправдании и научном обосновании, ведь сотворил его не Иисус Истории, а Христос Веры.

И все-таки наш главный вопрос остался без ответа: как в реальности выглядел во время своей земной жизни Иисус Христос? Какими были черты его лица? Какого цвета были его глаза? Ведь в нашем распоряжении есть, по меньшей мере, один прижизненный и один посмертный отпечаток его лица. Вернее, точные копии двух оригиналов – Убруса и Плащаницы.

Комментарий Ирина Шалина, старший научный сотрудник отдела древнерусского искусства Русского музея: «Если святой убрус и святая Плащаница несли на себе некое нерукотворное изображение, кстати, источники постоянно подчеркивают в случае со Святым Убрусом что изображение это было очень плохо видно кто-то видел нос, кто-то видел глаза, кто-то видел лик, но никто не описывает, что это было цельное человеческое лицо, что это было объемное человеческое изображение, то есть это было скорее негативное отражение, негатив образа, а не живописное воспроизведение».

Однажды римская императрица Констанция – вдова императора Лициния и сестра Константина Первого – попросила церковного историка Евсевия Кессарийского прислать ей изображение Христа.
«Христос оставил свое земное облачение раба божьего», — ответил ей Евсевий. И напомнил еще, что Апостол Павел призывал нас не держаться за осязаемое…

Мы никогда не узнаем, как выглядел в действительности Иисус Христос.
Может быть, «он имел столь некрасивое лицо, что оно вызывало у всех отвращение». Может быть, «был лишен какой бы то ни было красоты и привлекательности». А может быть, и в самом деле, он был «прекраснее сынов человеческих»…

Ссылка на фильм:

http://kivvi.kz/watch/742w1jwoua2x/

 

 

 

Фильм был снят по заказу и при поддержке Ассирийского культурного фонда «Арамея». Режиссер Татьяна Малова, «Фишка-фильм», 2006 год.