Top

Загадка письменности майя

 

«Вот начало старинных преданий о тех, кто в этой местности носит имя киче. Здесь мы всё напишем. Мы начнем с древних историй, с начала и происхождения всего того, что было совершено в городе киче племенами народа киче. Здесь также мы откроем и сообщим то, что было раньше скрыто…»
«Пополь Вух», священная книга майя-киче

Из цикла «Жизнь замечательных идей»

В 1502 году во время своего четвертого и последнего плавания к берегам Америки Колумб пристал к небольшому островку. Здесь ему встретился большой корабль, на котором плыли индейские купцы. Колумб спросил, откуда они. «Из провинции Майан», — ответили купцы.
Майан… майя – так стали называть этот народ с легкой руки адмирала Колумба.
А сами они называли себя «киче».

Майя-киче, потомки легендарных ольмеков, народ создавший великую цивилизацию и одну из самых блестящих и оригинальных культур Мезоамерики.
Майя были великими математиками. Первыми в мире и на тысячу лет раньше Старого Света они изобрели ноль.

Майя были и великими астрономами. Их календарь, который до сих пор считается одним из самых точных в мире, был основан на двадцатеричной системе майяского счета. Продолжительность года древние майя высчитали гораздо точнее юлианского и современного григорианского календарей.

И в письменности майя-киче превзошли все индейские культуры доколумбовой Америки. Образцы этой уникальной письменности сохранились до наших дней на скульптурах и керамических изделиях, на стелах и на стенах храмов. А вот книг майя почти не осталось. Чудом уцелели только три рукописи. Все остальные были сожжены 12 июня 1562 года епископом Юкатана францисканским сановником Диего де Ланда…

«Мы нашли у них большое количество книг этими буквами. И так как в них не было ничего, в чем не имелось бы суеверия и лжи демона, мы их все сожгли…»
Диего де Ланда «Сообщение о делах в Юкатане»

История письменности.
Письменность – это одна из форм существования языка. Графический способ передачи информации. Самым древним письмом считается предметное.
Персидский царь Дарий
I получил однажды послание от кочевников: птицу, мышь, лягушку и стрелы. Дарий решил, что скифы отдают себя в его власть и в знак покорности дарят ему землю, воду и небо. Но один из мудрецов Дария истолковал это письмо совершенно иначе: «Если вы, персы, как птицы не улетите в небо, или, как мыши не зароетесь в землю, или, как лягушки, не поскачете в болото, то не вернетесь назад, пораженные этими стрелами». В дальнейшем оказалось, что прав был мудрец, а не Дарий…
Предметное письмо существовало с 9 по 2 тысячелетия до нашей эры. Но это еще не письменность, а так называемая предписьменность.

Кнорозов
Тема диссертации молодого ученого Юрия Кнорозова называлась нейтрально: «Сообщение о делах в Юкатане Диего де Ланды как этно-исторический эпос».
Иначе и быть не могло.
Официальная советская наука того времени считала, что в доколумбовой Америке не было государств. Эта марксистская догма, опиравшаяся на мнение Энгельса, пересмотру не подлежала. Как и второй постулат того же автора: фонетическое письмо может существовать только при возникновении классовых государственных образований.
А Кнорозов доказал, что у майя было фонетическое письмо. Следовательно, его диссертация опровергает мнение Энгельса и подрывает основы социалистического общества.
Как впоследствии рассказывал сам Юрий Валентинович, он был уверен, что его, по меньшей мере, обвинят в ревизионизме марксистского учения. А то и вовсе посадят…

Защита проходила в Москве 29 марта 1955 года. Выступление Кнорозова на ученом совете длилось три с половиной минуты. В результате ему было присвоено звание не кандидата, а доктора исторических наук!
Диссертация Юрия Кнорозова стала научной и культурной сенсацией не только в Советском Союзе, но и во всем мире.

Юкатан, 1549 год
Первым, кто попытался расшифровать письменность майя, был францисканский монах испанец Диего де Ланда. Ланда прибыл на полуостров Юкатан в августе 1549 года. Он был ревностным миссионером. И насаждал христианство среди индейцев, как водится, огнем и мечом. В 1561 году Диэго де Ланду назначили епископом Юкатана. Тут же костры инквизиции запылали по всему полуострову. В огне горели и сами язычники, и их книги. Непримиримый фанатик уничтожил почти все уникальные рукописи майя. Жестокость де Ланды возмутила даже самих испанцев. В 1563 году епископа Юкатана отозвали на родину.

Здесь, в Испании, в 1564 году Диего де Ланда написал свои знаменитые хроники: «Сообщение о делах в Юкатане». Где рассказал о первых испанцах в Америке, о завоевании Юкатана, об истории майя, их культуре.

«Королевство сие было обильно людьми ввиду мягкости климата и плодородно ввиду достатка влаги, чем превосходило Мексику; особливо медом и воском оно изобиловало более всех прочих доселе изведанных краев Индий. Занимает же оное пространство в триста миль. Из всех индейцев обитатели этой провинции были самыми развитыми…»
Диего де Ланда «Сообщение о делах в Юкатане»

Но самое главное – Ланда составил так называемый «алфавит майя». В этой работе ему помогал образованный индеец, член одной из самых значительных правящих династий майя.
Именно алфавиту Ланды мы обязаны тем, что через четыре сотни лет письменность майя-киче была расшифрована.

История письменности.
Один из самых древних способов передачи информации – ракушечное письмо. У североамериканских индейцев шнуры с нанизанными на них раковинами разного цвета называлось «вАмпумы», у народностей Африки – «инивари». В этой предметной письменности имело значение количество, цвет и взаиморасположение раковин. Белые раковины, например, означали мир, а фиолетовые – войну. С помощью вампумов ирокезы передавали достаточно сложные сообщения. Африканский народ йоруба использует письмо инивари до сих пор.

Кнорозов
В 1945 году на глаза молодому исследователю Юрию Кнорозову, который занимался тогда шаманскими практиками, попалась публикация немецкого ученого Пауля Шелльхаса. Статья называлась: «Дешифровка письма майя – неразрешимая проблема».

«Как это неразрешимая проблема? То, что создано одним человеческим умом не может не быть разгадано другим. С этой точки зрения, неразрешимых проблем не существует и не может существовать ни в одной из областей науки!»
Юрий Кнорозов

Как впоследствии признавался сам Юрий Валентинович, он принял статью Шелльхаса, как вызов. Или пари.

Лондон, 1822 год
Рукопись Диего де Ланды две с половиной сотни лет пылилась в архивах. Никто не вспоминал ни о ней, ни о причудливых иероглифах майя. И вот в 1822 году в Лондоне появилось сообщение капитана драгун Антонио дель Рио о руинах древнего индейского храма, найденного в Паленке. Паленке был культурным центром майя-киче с 3 по 8 века нашей эры.
Интерес к письменности майя возник не случайно. Как раз в этом году Жан Шампольон сумел разобраться с трехъязычной надписью на Розеттском камне и приступил к дешифровке древнеегипетского иероглифического письма. Этот прорыв французского лингвиста воодушевил историков. Все считали, что тайны ушедших цивилизаций начнут раскрываться одна за другой.
Да не тут-то было…

В 1828 году немецкий ученый энциклопедист Александр фон Гумбольд опубликовал пять страниц неизвестной рисованной рукописи из Мексики. Эта рукопись хранилась в Дрезденской королевской библиотеке с 1793 года.

«Дрезденский кодекс» — так называют этот документ майя сейчас.
Всего известно три кодекса майя. Дрезденский, Парижский и Мадридский. Дрезденский был найден в 1793 году, его длина три с половиной метра, он состоит из 38 листов.
Парижский кодекс нашли в 1859 году среди бумаг, выброшенных в мусорную корзину.
Самый обширный документ – Мадридский кодекс. Его длина шесть метров 55 сантиметров. Он состоит из 56 листов, склеенных гармошкой.
Существует еще и кодекс Grolier, но большинство исследователей считают его подделкой.

Сходство между знаками на храмах Паленке и Дрезденского манускрипта заметили не сразу. Только в 1832 году американист Константин Самюэль Рафинеске-Шмальц обнаружил, что эти иероглифы принадлежат одной письменности. Он сообщил о своих догадках Жану Шомпольону. К сожалению, великий египтолог умер в том же году, так и не успев прикоснуться к тайне письма майя…

История письменности
Узелковое письмо инков – кипу – это тоже предписьменность. Кипу на языке индейцев кечуа означает «узел». Узлы разной формы завязывались на шнурках, а шнурки привязывали рядами к шерстяной или хлопчатобумажной веревке. Число шнурков на одной веревке могло доходить до сотни. Количество и форма узлов обозначали числа, а цвет шнурков – предметы. С помощью кипу инки вели свою бухгалтерию: учтено было все – от урожая картофеля до количества новорожденных младенцев в той или иной провинции. Расшифровывали информацию специальные толкователи – кипу-камайокуна.

Кнорозов
Существует легенда, что две книги майя, благодаря которым Юрий Кнорозов осуществил дешифровку, попали к нему в руки в последние дни войны. Якобы в Берлине он спас их из горящей библиотеки.
На самом деле Юрий Валентинович встретил победу под Москвой. Он был телефонистом 158 артиллеристского полка резерва ставки главнокомандующего.
А «Сообщение о делах в Юкатане» Диего де Ланды в публикации Брассёра де Бурбура и «Кодексы майя» в гватемальской публикации братьев Вильякорта были изъяты неким советским офицером из библиотечных ящиков, подготовленных к эвакуации. Немцы не успели вывезти эти ящики из Берлина.
Но вот как две книги майя попали впоследствии к Юрию Кнорозову – тайна.

Париж, 1861 год.
Серьезное изучение письменности майя началось во второй половине девятнадцатого века, когда французский аббат Шарль-Этьен Брассёр де Бурбур опубликовал рукопись Диего де Ланды «Сообщения о делах в Юкатане» и французский перевод книги «Пополь Вух».

«Пополь Вух» — «Книга совета» или «Книга народа» — это священная книга майя-киче. Ее можно сравнить с «Библией». В ней собраны мифы о сотворении мира, героический эпос и история народа киче, а также генеалогические данные о знатных родах.
Оригинальный текст «Пополь Вух», записанный иероглифами, погиб, как и тысячи других рукописных книг майя, в пламени инквизиции. Но сохранилась запись этой книги латиницей. Скорей всего ее переписал в 1530 году крещеный индеец Диего Рейносо. Переписанный экземпляр священной книги спрятали в гватемальской индейской общине Чичикастенанго. Там ее нашел доминиканский монах, друг индейцев и почитатель их культуры Франсиско Хименес. Он владел языком киче и смог сделать испанский перевод. Именно этот перевод в 1861 году попал в руки Брассёра де Бурбура.

«Мы пишем теперь это уже при законе божием и при христианстве. Мы излагаем это потому, что у нас нет уже более светоча, Пополь Вух, как он именуется, ясного света, пришедшего с другой стороны моря, символа нашей защиты, светоча для ясной жизни. Подлинная книга, написанная много времени тому назад, существует, но зрелище ее скрыто от того, кто ищет и думает…»
«Пополь Вух», священная книга майя-киче.

Считается, что именно открытие Брассёром де Бурбуром двух этих рукописей повлияло на все последующие исследования письменности майя.

Во-первых, у исследователей появилась возможность изучить календарь майя, поскольку теперь было можно сопоставить названия дней и месяцев майя Юкатана с соответствующими иероглифами в тексте.
А во-вторых, публикации Брассёра де Бурбура положили начало научной дискуссии, чем на самом деле являются иероглифы из алфавита Ланды – буквами или словами. Что, в конце концов, и привело к открытию тайны письменности майя.

История письменности
Еще одной предписьменностью было письмо на основе изображений – пиктограмм. Пиктограммы, это знаки, которые обозначают некий предмет или выражают некоторое понятие. Пиктограммы используются и сегодня, они не связаны с конкретным языком, поэтому понятны всем. Но они непригодны для записи речи. Первой настоящей письменностью считают идеографию. Идеограммы — это упрощенные пиктограммы. Они использовались для передачи абстрактных понятий. Например, рисунок глаза как пиктограмма обозначает орган зрения — глаз, а как идеограмма – понятие «зоркость». Рисунки в идеографии могли иметь как прямое, так и переносное значение. Из идеограмм родилось словесное письмо. Идеографическое письмо было у египтян Древнего Царства и ацтеков. Классическая шумерская клинопись – это тоже идеограммы.

Кнорозов
Над загадкой майя бились многие ученые из разных стран мира. Все они годами проводили полевые исследования в Мексике и Гватемале, участвовали в раскопках Паленке, Теотиуакана и Чичен-Ице. А советский исследователь расшифровал письменность, не выходя из кабинета.

«Я кабинетный ученый. Чтобы работать с текстами, нет необходимости лазать по пирамидам…»
Юрий Кнорозов

На самом деле ему очень хотелось полазать по пирамидам. Но невыездного ученого выпустили из страны только один раз – в 1956 году — на Международный конгресс американистов в Копенгагене.
Только когда под обломками СССР рухнул железный занавес, Юрий Валентинович наконец-то добрался и до Мексики, и до Гватемалы.
В Гватемале Кнорозов пробыл два месяца. За это время он успел побывать во всех основных археологических зонах. А потом произошло событие, которое сам Юрий Валентинович назвал «приключением». Откуда-то объявились террористы, установили демонстративную слежку за группой русских ученых, грозились взорвать машину.
Кнорозов был очень доволен! Еще бы, он оказался в центре настоящего латиноамериканского боевика.
К счастью, дело кончилось пустыми угрозами. Но советских специалистов в целях безопасности немедленно отправили на родину.

Дрезден, 1880 год
В 1880 году изучением иероглифов майя занялся Эрнст Фёрстеманн. Он был сотрудником Королевской библиотеки Дрездена. Той самой, где хранился Дрезденский кодекс.
За четырнадцать лет работы Фёрстеманн разгадал сложный календарь майя. Собственно говоря, календарей было два. По одному календарю год длился 260 дней. По другому – 365. Месяц в обеих календарных системах состоял из 20 дней.
Позже, когда Юрий Кнорозов расшифровал иероглифы майя, в Дрезденском кодексе нашли упоминание о третьем календаре. В основу которого был положен отрезок времени, равный 584 дням – периоду обращения Венеры.
Начало летосчисления майя приходилось на 3114 год до нашей эры.

Фёрстеманн расшифровал только календарную составляющую майяской рукописи, но не сам текст. Так что оставалось неясным даже назначение разных календарей. Фёрстеманн предположил, что один из них был историческим, другой религиозным. Но все это были лишь догадки.

История письменности
Иероглифическое письмо – это следующий этап на пути от рисунка к букве. Упрощенные и усовершенствованные пиктограммы. Но по-прежнему, как в идеографии, никакой связи между письменной и устной речью. Даже понимая значение иероглифов, невозможно выяснить, как звучал этот язык, если его носителей не осталось. У иероглифической письменности очень сложная структура. Иероглифы могли означать как отдельные звуки и слоги, так и морфемы, целые слова и даже понятия. Именно поэтому дешифровка иероглифического письма всегда была невероятно сложной задачей.
Самые известные иероглифические древние письменности китайская, египетская и письмо майя.

Кнорозов
У Юрия Валентиновича Кнорозова, как он сам говорил, было два постоянных соавтора: Аспид и Толстый Кыс.
Аспида – по-домашнему Асю – Кнорозов даже однажды вписал в титул научной статьи, посвященной проблеме возникновения сигнализации и речи.
Редактор вычеркнул кошку из соавторов.
Кнорозов был очень недоволен.

Париж, 1881 год
Французскому ученому Леону де Рони удалось ближе всех подойти к дешифровке письма майя. В 1881 году он выделил иероглифы, которые обозначали страны света. Каждому направлению майя присвоили свой цвет. Юг был желтым, север белым, запад черным, а восток красным.
Леон де Рони совершенно правильно догадался, что письмо майя было слоговым, а не буквенным, как думал Диего де Ланда. Еще ему удалось прочесть одно слово, записанное знаками из алфавита Ланды. Это было слово «индюк».
Самым важным местом теории Рони было предположение, что «алфавит Ланды» — это ключ к дешифровке.
Это была очень смелая гипотеза. Большинство серьезных историков и лингвистов в тот момент считали «алфавит Ланды» испанской фальсификацией.

К началу двадцатого века было прочитано всего лишь с десяток слов майяского письма. Зато не прекращались споры о том, какое это было письмо: алфавитное или идеографическое.
В фонетических спорах, которые сами лингвисты окрестили «фонетической войной», родились две противоположные школы. Одну из них возглавлял американец Сирус Томас. Другую – немецкий исследователь Эдвард Селер. Томас утверждал, что письменность майя была фонетической, следовательно, каждый иероглиф – это какая-то буква алфавита. Селер настаивал на том, что письмо майя идеографическое. То есть, каждый знак обозначает какое-то слово или целое понятие.
Фонетическая война закончилась в 1910 году. Победителей в ней не было. Новое поколение исследователей сосредоточило свое внимание исключительно на календаре майя.

История письменности
Сближение устной и письменной речи началось с возникновения слогового письма, где каждый знак обозначал отдельный слог. Самыми известными слоговыми письменностями являются клинописные наследники шумерского письма – древнеперсидская и аккадская, наследники древнеегипетских иероглифов – финикийская и арабская письменность, а также японские слоговые системы.
Финикийское слоговое письмо сыграло огромную роль в жизни человечества. Именно ого легло в основу греческого письма, от которого произошли потом латиница и кириллица, то есть, большинство современных письменностей.

Кнорозов
Круг научных интересов Юрия Валентиновича был необычайно широк. Дешифровка древних систем письма, лингвистика, семиотика, история заселения Америки, палеоастрономия, шаманизм, эволюция мозга, теория коллектива…
Свои идеи Кнорозов щедро раздавал направо и налево. А когда друзья укоряли его в разбазаривании идей и спрашивали, почему он сам не хочет довести до конца то или иное исследование, Юрий Валентинович обычно говорил: «Я же не осьминог…»

США, Оклахома, 1950 год
Археолог и этноисторик Эрик Томпсон, англичанин по происхождению, был самым влиятельным исследователем культуры майя и возглавлял американскую школу майянистов. В 1950 году Томпсон опубликовал две научных монографии: «Письменность майя: одна версия» и «Иероглифическая письменность майя». В этих работах он отрицал саму возможность наличия у майя фонетического письма.

«Вообще нет сомнения, что Ланда ошибся в попытке получить алфавит майя у своего осведомителя. Знаки майя обычно передают слова, изредка, может быть, слоги сложных слов, но никогда, насколько известно, не буквы алфавита».
Эрик Томпсон

Авторитет Томпсона был непререкаем. Известен случай, когда он запретил одному американскому ученому — Бенджамину Ворфу — заниматься дешифровкой иероглифов только потому, что Ворф считал письмо майя фонетическим. Ворф прекратил исследования, хотя результаты у него были весьма обнадеживающие.

История письменности
Финикийское слоговое письмо, возникшее в 13 веке до нашей эры, со временем трансформировалось в фонетическое. 22 знака обозначали согласные звуки. Гласные добавлялись только при чтении. Для древних греков, которые позаимствовали у финикийцев это письмо, такая система оказалась не очень удобной. Поэтому греки добавили восемь недостающих гласных, и письмо стало универсальным. То есть, любой человек, выучивший эти 30 букв, мог с легкостью читать любые тексты. И, соответственно, записывать этими буквами любые слова устной речи. В силу своей простоты алфавитное письмо очень быстро распространилось по всему миру. Греческий альфабет возник на рубеже II и I тысячелетий до нашей эры. Эта дата и считалась днем рождения современного алфавита. Но совсем недавно в Египте было сделано сенсационное открытие, ученые нашли алфавитное письмо, которое датируется 1900 годом до нашей эры. Получается, что этот алфавит старше греческого почти на тысячу лет.

Россия, Ленинград, 1952 год
В 1952 году к дешифровке письменности майя приступил сотрудник Ленинградского института этнографии Академии Наук СССР Юрий Валентинович Кнорозов. В его распоряжении были тексты трех кодексов и алфавит Ланды.
Проанализировав труд Ланды, Кнорозов пришел к выводу, что этот список не алфавит, а «силлабарий», то есть список слогов. И, скорей всего, это результат недопонимания, возникшего между епископом и его помощником. Так, например, Ланда мог попросить индейца записать иероглифом букву «Б», индеец записал, как услышал: «бэ». И в списке Ланды напротив испанской «Б» появился майяский слог «бэ».

Дальше Кнорозов начал выстраивать теоретическую модель языка. В кодексах майя он нашел 355 самостоятельных знаков. Ни в одном языке мира не могло быть такого количества фонем. Следовательно, письменность майя не могла быть алфавитной.
Не могла она быть и силлабической, то есть, чисто слоговой. Для слоговой системы хватило бы и половины фонем.
А вот для идеографического письма трех сотен знаков явно не хватало. Ведь если каждая идеограмма представляет собой одно слово или понятие, то для полноценной коммуникации нужны десятки тысяч знаков! К примеру, китайская письменность использует 60 тысяч иероглифов. Высокоразвитая цивилизация майя должна была бы использовать никак не меньше.

И тогда Кнорозов сделал вывод, что письменность майя была смешанной: морфемно-силлабической. В этой системе были соединены сложная слоговая азбука и идеографическое письмо. То есть часть знаков являлась слогами, другая часть – словами.

Впоследствии аналитический метод дешифровки, разработанным Кнорозовым, получит название: «метод позиционной статистики». С помощью этого метода будут расшифрованы письма острова Пасхи и протоиндийские тексты.

В 1958 году независимый ученый Генрих Берлин, который жил в Мехико и занимался исследованиями надписей в Паленке, подтвердил открытие Кнорозова. Он нашел в текстах майя слова-эмблемы, которые обозначали название городов, имена императоров, титулы.
А еще через два года в 1960 американская художница и искусствовед Татьяна Проскурякова, анализируя иероглифы Пьедрас-Неграса, расшифровала целый ряд символов, представляющих такие понятия, как смерть, рождение, коронация.

Эрик Томпсон признал дешифровку Берлина и Проскуряковой, их выводы не противоречили его собственной гипотезе о том, что письмо майя было идеографическим. А вот с Кнорозовым Томпсон согласиться никак не мог.
Коллеги Томпсона вспоминали потом, что одно упоминание имени русского ученого вызывало у Томпсона бурю ненависти.
Еще бы, расшифровка Кнорозова появилась именно в тот момент, когда Эрик Томпсон готовил к изданию свой каталог знаков. И получалось, что книга самого известного и самого авторитетного исследователя культуры майя морально устарела, еще не успев увидеть свет. К тому же обошел его не видный ученый, а какой-то молодой никому не известный русский. Вот что было самым обидным.

Спор между Томпсоном и Кнорозовым длился несколько лет. Он закончился в 1959 году публикацией научной полемики русского и американского майянистов на страницах американского журнала «American Antiquity».

«Томпсон был не прав. Прав оказался Кнорозов и теперь мы все, занимающиеся майя, являемся кнорозовистами».
Майкл Ко, американский археолог, профессор антропологии Йельского университета

В конце концов, Томпсон принял основные доводы Кнорозова. Принял скрепя сердце.

Кнорозов.
Юрий Валентинович Кнорозов умер 30 марта 1999 года. Но за два года до смерти он успел осуществить свою мечту и побывать на юго-западе США в месте, которое называется «Четыре угла». Кнорозов полагал, что именно оттуда в свое время пришли в Мексику предки майя-киче, легендарные ольмеки…

В 1995 году в посольстве Мексики в Москве Юрию Валентиновичу Кнорозову вручили серебряный Орден Ацтекского Орла. Эта награда присуждается иностранным гражданам, имеющим исключительные заслуги перед Мексикой.
Получив орден, Юрий Валентинович сказал по-испански: «Mi corazón siempre es mexicano» — «Сердцем я всегда остаюсь мексиканцем».

«Больше о существовании народа киче сказать нечего, потому что нельзя уже больше видеть светильника книгу Пополь-Вух, которую повелители имели в древние времена, она совершенно исчезла»
«Пополь Вух», священная книга майя-киче

 

Ссылка на фильм: http://tvkultura.ru/video/show/brand_id/20954/episode_id/175335/video_id/175335/viewtype/picture

Режиссер Татьяна Малова, научный консультант Галина Гавриловна Ершова, «Цивилизация», 2009 год.