Top

Александр Столетов

Москва 14 мая 1896 года
Ночь с четырнадцатого на пятнадцатое мая в Москве была очень шумной. По улицам бродили толпы пьяных. Везде горела иллюминация. Коронационные торжества по поводу восхождения на престол нового российского императора Николая Второго были в самом разгаре.
В это самое время в университетской квартире тихо уходил из жизни великий учёный и великий педагог. Но праздничной Москве до него не было никакого дела…

Из цикла: Гении и злодеи. Проект Льва Николаева
Александр Григорьевич Столетов. Великий русский физик-экспериментатор. Автор первого закона фотоэффекта. Изобретатель двух методов магнитных измерений веществ. Ему обязана своим рождением современная квантовая теория.
Телевизор, фотоаппарат, видеокамера. Рентгеновские аппараты, фототелеграф, копировальные машины. Солнечные батареи, охранная сигнализация. Электромагнитные двигатели, генераторы, трансформаторы, реле… Всё то, что мы привыкли считать техническими новинками двадцатого века, на самом деле родом из века девятнадцатого. Это наследие Столетова. Но почему мы так мало знаем о человеке, который опередил время?

Владимир, 1839 год

Александр Столетов родился во Владимире, рос в большой и дружной семье. Любящие родители, пятеро братьев и сестер.

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «У Саши Столетова было счастливое детство. С картинками, с зимними играми, с домашним детским театром, с маленькими подарочками и большими сюрпризами. Воспитанием детей в семье занималась Александра Васильевна, «маменька», как ласково называет Саша Александру Васильевну в своем дневнике».

Его родители принадлежали к купеческому сословию, но круг их общения составляла местная владимирская интеллигенция – краеведы-историки, журналисты, учителя и врачи.

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «То есть, семья эта, хотя, с одной стороны была одной из множества купеческих семей. Порядка 300-350 семей купеческих было во Владимире в то время. Но она, вместе с тем, и выделялась тем, что она как бы тяготела к чтению литературы».

В семье Столетовых больше прочего ценили знания. В доме была большая библиотека. Отец Саши – Григорий Михайлович – покупал книги, выписывал журналы. Саша научился читать в четыре года. А писать в пять.

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «В 1856 году Александр заканчивает Владимирскую мужскую гимназию с золотой медалью. Уже в гимназические годы у него созрело такое устойчивое желание учиться дальше и учиться физике и математике. В семье большое внимание уделялось образованию, Григорий Михайлович не скупился на образование детей».

Москва, 1856 год
В 1856 году Александр Столетов поступил на физико-математический факультет Московского университета. Его студенческие годы пришлись на бурное время революционного подъема. В «Современнике» печатались обличительные статьи Чернышевского, Добролюбова, Писарева, стихи Некрасова, сказки Салтыкова-Щедрина…

По стране прокатилась волна студенческих выступлений, во главе которых стоял Московский университет.
Преподаватели и студенты обратились к царскому правительству с требованием изменить политику в области просвещения. И правительство… уступило! Университетам вернули многие льготы, отнятые за годы правления Николая Первого, разрешили посылать студентов на практику за границу, а также передали попечительство над учебными заведениями прогрессивно мыслящим людям. Чуть позже в университеты был открыт доступ лицам низшего сословия. Их обучение оплачивалось из государственной казны.
Казеннокоштные студенты жили в казенных номерах на четвертом этаже библиотечного корпуса. Студент физико-математического факультета Александр Столетов жил там же.

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «Показательно, что он, будучи студентом 2-го курса, дружил, например, с Константином Рачинским, который был магистрантом, то есть готовился к защите магистерской диссертации. И даже просил у Александра лекции. Запись лекций некоторых профессоров. А как раз можно сказать, что преподавателями, у которых набирался знаний Александр Григорьевич, были передовые люди своего времени, профессора Брашман, Любимов и Бредихин, который не очень намного был старше Александр Григорьича, это будущий светила астрономии российской«.

Москва. 1860 год
В 1860 году Александр Столетов с отличием закончил университет. Декан факультета обратился к попечительскому совету с просьбой оставить Столетова работать в физическом кабинете. Решение этого вопроса затянулось на год. За это время Александр Столетов успел подготовиться к экзаменам на степень магистра физики. Но защищать диссертацию не стал, уехал на стажировку в Германию.

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «…он очень хорошо понимал, что прекрасно владея теорией физики, у него не хватало практических навыков лабораторного исследования. И вот целью его заграничной поездки как раз и было научиться лабораторному мастерству. То есть мастерству исследователя».

Гейдельберг, Гёттингем, Берлин. Учеба и работа в лабораториях лучших европейских физиков: Густава Кирхгофа, Вильгельма Вебера, Генриха Магнуса. В Москву Столетов вернулся только через три с половиной года.

Москва, 1866 год
В сентябре 1866 года на физико-математическом факультете Московского университета появился новый преподаватель – Александр Григорьевич Столетов. Молодой, щеголеватый, но с выправкой почти военной. Превосходный лектор и в то же время крупный исследователь. Он относился к своим студентам с почти отеческой заботой, но при этом был строг. Получить у Столетова на экзамене высший балл было очень непросто.

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «…Александр Григорьевич значительную часть нагрузки имел на медицинском факультете, где обширнейшая программа излагалась за небольшое количество часов. Поэтому несчастные медики вынуждены были сдавать огромный курс, считали при этом, что он для них был, ну, совершенно лишним и необязательным. А Александр Григорьевич как очень принципиальный человек считал, что не должны быть никакие послабления при этом. Вот отсюда и родилась эта легенда о том, что он просто зверствовал на экзаменах».

Однако когда кому-то из студентов требовалась защита, или кто-то из них попадал в трудное положение – они шли к Столетову.

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «По своим взглядам и убеждениям Александр Григорьевич был демократически настроенный человек и не терпел фальши, несправедливости, какого-то жесткого, жестокого даже отношения к людям. Поэтому, когда студенты поднимали, например, забастовки или выступали с петициями, он очень внимательно подходил к этому вопросу, разбирался в сути дела. И, если считал, что их требования обоснованы, то он первым ставил свою подпись в их защиту».

Это способствовало росту популярности Столетова у передового студенчества и в то же время восстанавливало против него реакционно настроенную профессуру.
В России к тому времени начался «белый террор». Были закрыты «Современник и «Русское слово». Правительство обрушилось на университеты, как на «очаги крамолы».

Москва, 1869 год
Зимой 1869 года Столетов защитил магистерскую диссертацию и был утвержден в звании доцента. Темой его первой научной работы была одна из задач общей электростатики о перераспределении электрических зарядов в проводниках. Великий английский физик Уильям Томсон – лорд Кельвин – сумел найти решение для двух проводников. Столетов поставил перед собой цель решить задачу для любого количества проводников любой формы.

Вот суть этой задачи: возьмём два проводника, зарядим один из них электричеством и поднесем к незаряженному. На нём тут же появятся заряды. Теперь этот заряженный проводник начнет действовать на первый. И заряды на нём перераспределятся… Так они будут действовать друг на друга, пока между двумя проводниками не установится электростатическое равновесие. Вопрос — как окончательно распределятся заряды.

Комментарий в кадре – физик Алексей Левченко: «Столетов одолел головоломку очень элегантным способом, расчленив общую задачу на ряд более простых. Он свел запутанное взаимодействие множества проводников к сумме многочисленных простых взаимодействий между всего лишь двумя проводниками. И объединив результаты решения частных простых задач, получил решение общей задачи. В своей первой работе — чисто теоретической — Столетов показал себя человеком, виртуозно владеющим самыми сложными и тонкими методами математики«.

В своей докторской диссертации Столетов исследовал явление намагничивания мягкого железа. Он выяснил, что намагничивание не пропорционально силе тока. Сначала оно быстро растет. Затем изменения замедляются. А при некоторых значениях тока интенсивность намагничивания остается постоянной и не меняется даже при увеличении силы тока. Причем каждый сорт железа намагничивается по-своему.

Комментарий в кадре – физик Алексей Левченко: «Если магистерская диссертация Столетова была выдающимся завоеванием теоретической электрофизики, то докторская имела огромное практическое значение для развития электротехники. Разработанный Столетовым метод лег в основу технических приёмов исследования магнитных свойств железа, чугуна и сталей разных марок, используемых для создания электромагнитных двигателей, генераторов, трансформаторов и реле».

Москва, 1872 год
Защитив докторскую диссертацию, в 1872 году новоиспечённый ординарный профессор Московского университета основал первую в России учебно-исследовательскую физическую лабораторию.
О физической лаборатории Столетов хлопотал долго. Почти три года. И труднее всего оказалось не раздобыть свободное помещение и не выпросить денег на закупку приборов и оборудования, а убедить университетское начальство в необходимости физического практикума для студентов физико-математического факультета.
Столетов не раз и не два выступал на заседаниях совета профессоров, объяснял, что без лаборатории факультет выпускает недоучек, что одними только лекциями невозможно вырастить настоящих исследователей. Ещё говорил, что лаборатория нужна не только студентам, но и преподавателям. И что университетские кафедры должны стать центрами научно-исследовательской работы.
Сколько докладных записок он написал за это время! Но получал только отказы. Однако Столетов был настолько уверен в успехе, что уже в 1870 году вместе со своим учеником Николаем Шиллером начал готовить задачи для будущего физического практикума.
В этом же году Столетов организовал физический кружок для своих самых способных студентов. Еженедельные занятия кружка проходили на квартире Столетова. Здесь было положено начало русской школе физиков.
Из Столетовского кружка вышло много выдающихся ученых. И талантливый теоретик Николай Умов. И «отец русской авиации» Николай Жуковский. И будущее светило русской науки Пётр Лебедев.
Кстати, на заседания кружка ходили не только студенты Столетова, но и его коллеги по университету: Бредихин, Цингер, Слудский. И разговоры на этих собраниях велись не только о науке.

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «Александр Григорьевич Столетов был не сухим ученым всецело, так сказать, сосредоточенным только на одной науке. Он был очень гостеприимным хозяином, другом хорошим. И в его квартире очень часто собирались его друзья – и физики, и люди, ну, других занятий. В том числе и Сергей Иванович Танеев. А, например, певицы… Клементова, Муромцева, которая исполняла партию Татьяны в опере «Евгений Онегин», приходила, иногда пела. Ну и многие другие люди».

Студенты называли квартиру Столетова «научно-культурным центром университета».

Москва, 1888 год
В 1888 году Столетов оборудовал себе рядом с физической лабораторией небольшой кабинет и приступил к новым исследованиям. Он назвал их «Актино-электрическими». Столетова заинтересовало взаимодействие света и электричества — явление фотоэффекта, открытое совсем недавно великим Генрихом Герцем. Герц обнаружил, что некоторые вещества испускают электроны под действием света. Но теоретическое объяснение этому явлению дать не смог.
Самодельную установку для актино-электрических исследований Столетов собрал вместе со своим неизменным помощником — Николаем Усагиным, мастером на все руки.

Вот цинковый лист – это катод. Вот металлическая сетка или «сетчатый конденсатор», как называл его сам Столетов – это анод. Цинковый лист подсоединён к электроскопу, сетчатый конденсатор последовательно подключён к гальванометру и к батарее.

Комментарий в кадре – физик Алексей Левченко: «Когда Столетов направлял на цинковый лист луч света, катод мгновенно разряжался. Самым загадочным в этой истории было то, что свет вырывал электроны из пластинки мгновенно. И объяснить это явление существовавшей тогда волновой теорией света было невозможно».

Столетов обнаружил и вторую загадку. Электроны выбивались только коротковолновым светом. А на длинноволновый почти не реагировали.

Комментарий в кадре – физик Алексей Левченко: «С точки зрения сегодняшних наших знаний о квантах света или фотонах, все загадки и необъяснимые явления, с которыми столкнулся Александр Григорьевич, объясняются очень просто.
Свет разного цвета состоит из разных по размеру фотонов. У длинноволнового света фотоны более мелкие. У коротковолнового более крупные. Фотоны, например, инфракрасного света отличаются по размеру от частиц ультрафиолетового, как мелкая дробь от пушечного ядра. Мелкой дробью выбить электроны из пластины практически невозможно. Только если в обстреле участвуют мириады фотонов. А вот бомбардировка пушечными ядрами дает фантастический и мгновенный эффект».

После многочисленных опытов Столетов вывел закон, связывающий критическое давление, электродвижущую силу батареи и расстояние между электродом и сеткой. Он также выяснил, что соотношение между ними есть величина постоянная. Позже ее назовут константой Столетова. А явление усиления фототока получит название Первый закон фотоэффекта. Или закон Столетова. Однако природу наблюдаемых при фотоэффекте явлений и наличие противоречий теории с экспериментом Александр Григорьевич так и не смог объяснить.
Это объяснение будет дано только спустя двадцать лет великим Альбертом Эйнштейном. Открытие корпускулярной теории света произведет революцию в науке. Но первый шаг к квантовой физике, тем не менее, был сделан Столетовым. Кстати, он же создал и первый действующий образец фотоэлемента. За пятнадцать лет до Эйнштейна. И за семьдесят лет до того, как первый фотоэлемент нашел себе применение в технике.

В мае 1889 года Александр Григорьевич получил страшное известие из родного Владимира: умерла его мать.

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «Маменька, Александра Васильевна, играла очень большую роль в жизни Александра Григорьевича Столетова. Он ее безумно любил. Уже, будучи взрослым человеком, он постоянно приезжал к маменьке с подарками на Рождество, на Пасху в обязательном порядке. И, если получалось, то летом. Уход маменьки Александр Григорьевич очень тяжело переживал. Но работа, которая составляла смысл его жизни, не ждала. Нужно было готовиться ко 2-му международному конгрессу электриков в Париже».

Конгресс проходил в августе. Александра Григорьевича избрали вице-президентом конгресса и наградили Орденом почетного легиона. Актино-электрические исследования принесли Александру Григорьевичу Столетову мировую славу.

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «…Александр Григорьевич стал известен далеко за рубежами России. Он пользовался очень большим авторитетом у физиков своего времени. И не случайно поддерживал очень обширную переписку. Например, он постоянно переписывался с Кирхгофом, с Гельмгольцем, с Томсоном, Вильямом Томсоном, с Эдисоном, с Софьей Ковалевской состоял тоже в дружеской переписке«.

Москва, 1893 год
В начале 1893 года три российских академика – Чебышев, Бредихин и Бекетов предложили избрать Столетова в академию. Но президента Петербургской Академии наук великий князь Константин Романов наложил вето на кандидатуру московского профессора. А причина была очевидна – конфликт с ректором университета Боголеповым достиг вельможных ушей.

 

Ссора с ректором Боголеповым произошла еще осенью 1892-го года. А началось всё с трагического события – один из служащих университета умер от голода. Узнав об этом, Столетов предложил создать комиссию по оказанию помощи семьям сотрудников, попавшим в бедственное положение. А ещё обратился к попечителям университета с просьбой увеличить зарплаты низкооплачиваемым служащим. Боголепову не понравилось, что Столетов обратился к попечителям через его голову. Он обвинил профессора в самоуправстве, а заодно… в краже документов из канцелярии! Это было чудовищно! И Столетов перестал здороваться с ректором и подавать ему руку.
Столетов был крайне огорчен решением великого князя . Он пишет смиренное письмо графу Капнисту – попечителю университета: «Как бы ни смотреть на осенний инцидент, я полагал бы, что он не настолько важен и приписываемая мне вина не настолько тяжка, чтобы закрыть для меня двери учреждения, где я мог бы посвятить науке остаток жизни…»

Капнист заверяет профессора, что препятствий к его избранию нет, и что вето снято. Но тут, весной 1893 года, начинается новый виток скандала. Так называемая «голицынская история».

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «Молодой ученый Борис Борисович Голицын, представитель уникальной, можно сказать, в своем роде княжеской фамилии, подготовил докторскую диссертацию. Эту диссертацию дали на рецензирование Александру Григорьевичу Столетову. Когда Александр Григорьевич с ней познакомился, то он обнаружил ряд ошибок и недочетов, о чем сообщил Голицыну. И ходатайствовал перед руководством факультета о назначении второго рецензента. Вторым рецензентом был назначен профессор Соколов… Когда с молодым ученым эти профессора побеседовали, попросили его исправить ошибки, то князь Голицын отказался это сделать».

Москва, 14 апреля 1893 года
Заседание учёного совета больше походило на суд над Столетовым, чем на защиту диссертации Голицына. Все недруги опального профессора обрушились на него с критикой. Профессор математики Некрасов договорился до того, что предложил признать отрицательный отзыв Столетова недействительным.
Столетов заявил, что считает ниже своего достоинства отвечать на критику профессора Некрасова антикритикой.
В итоге защита диссертации была перенесена на осень. Но Столетова недвусмысленно предупредили: если князь Голицын не станет магистром, профессор Столетов не станет академиком…

Осенью 1893 года обсуждение диссертации Голицына не возобновилось. А в конце октября Столетов узнал, что Великий князь собственноручно вычеркнул его фамилию из списка кандидатов в члены Академии.

Комментарий в кадре – О.Н.Суслина, директор музея Столетова во Владимире: «Но а сама история закончилась парадоксальным образом. Кандидатуру Столетова сняли с баллотировки, зато был выбран в академики Борис Борисович Голицын, который даже этого ученого звания профессора не имел. Это вызвало, конечно, очень резкую критику в научной среде по всей России. Этот факт глубоко обсуждался. Александру Григорьевичу с разных уголков России приходили письма гневные, которые говорили о том, что это беспрецедентный случай, что такого еще не бывало. Некоторые писали, что сейчас почетнее быть не академиком, чем состоять в такой академии наук».

Москва, 1896 год
Травля Столетова продолжалась все последние годы его жизни. Бесконечные доносы. Всё новые и новые придирки. Изощрённые инсинуации. Его специально провоцировали на скандалы, чтобы назвать потом зачинщиком.
В январе девяносто шестого Александр Григорьевич слег. Чувствовал себя настолько плохо, что даже не смог поехать на похороны старшего брата. Весной болезнь чуть отступила, Столетов стал собираться на отдых в Крым. Но не успел.
Он умер в ночь с четырнадцатого на пятнадцатое мая от воспаления лёгких. Умер так тихо, что сестра, дежурившая возле его постели, решила, что брат наконец-то спокойно заснул.
Через два месяца ему исполнилось бы пятьдесят семь лет.

Москва, 18 мая 1896 года
Утром восемнадцатого мая гроб с телом профессора Столетова вынесли из квартиры и погрузили на катафалк. Траурная процессия медленно двинулась в сторону Нижегородского вокзала.
В это время на Ходынском поле торопливо убирали трупы сотен людей погибших в давке за бесплатными подарочными кульками. В два часа дня на место чудовищной катастрофы прибыл новоиспечённый император. Толпы народа встретили его громовым «ура». Оркестр заиграл гимн. Празднества продолжились…
Профессора Столетова провожали в последний путь только самые близкие друзья, студенты, да университетский сторож.
Сторож скажет потом: «Даже в гробу… порадел за нас. Не соберись мы его хоронить, сколько из нас, может, лежало бы теперь на Ходынке».

Комментарий в кадре – физик Алексей Левченко: «Александр Григорьевич Столетов был выдающимся физиком-экспериментатором. Его работы имели большое значение для создания и становления квантовой механики. А квантовая механика – это вся современная электроника. Его исследования магнитных свойств материалов сыграли огромную роль в развитии электротехники«.

Долгое время считалось, что единственной наградой Столетова был французский Орден почетного легиона. А вот в родном отечестве его заслуги перед наукой никак отмечены не были. Но в 2000 году в Центральном историческом архиве города Москвы был обнаружен формулярный список о службе Александра Григорьевича Столетова, заслуженного профессора Московского императорского университета. Из него стало известно, что Александр Григорьевич был награжден в воздаяние отличной, усердной и ревностной службы орденами св. Станислава I и II степени, Анны II степени и Владимира III степени.
Сам Александр Григорьевич о своих наградах никогда не упоминал. Он был великим ученым и очень скромным человеком.

Режиссер Олег Бараев, «Цивилизация», 2013 год

Ссылка на фильм: http://tvkultura.ru/video/show/brand_id/21985/episode_id/303975/video_id/303975/viewtype/picture